ЗА ВДВ!  
Каталог статей

Вы вошли как Гость · Группа "Гости" · RSS

Неофициальный сайт шестой роты полтинника 103-й дивизии ВДВ 1981-84г.г.

Воскресенье, 24.09.2017, 11:34








Главная » Статьи » Про шестую роту

Витебские дембеля.
Прошло почти полтора года службы в Афгане, в нашем славном =Полтиннике= 6 ПДР. Много довелось хлебнуть за время службы и войны в этой феодальной стране. Остались позади многие километры боевых дорог, пройденных по горам, кишлакам и городам Афгана, многие из роты нашли здесь свою смерть,получили ранения и контузии. Два раза я подрывался на минах, будучи молодым - первый раз меня контузило и рассекло нижнюю губу с потерей зубов, а второй раз подорвался на БТР-70 вместе с нач.штаба 2-го батальона (я, водитель и н.ш. были в середине БТР), меня и водилу выбросило через люк, а н.ш. батальона поломало позвонки. Нас отлили, а нач. штаба - не знаю, остался жив или нет - Бог его знает. Много раз наших из роты подавали на награды, но почему то награждали только тех, кто погиб или имел серьезные ранения. В основном ребят представляли к наградам ротный или замполит. Но, так как у меня с л-нтом Виноходовым Н. были разногласия по службе, он игнорировал мои заслуги в боях, а тянул за мной один замполит роты л-нт Мельниченко В.М. (отличный мужик) под его командованием наш второй взвод провоевал 1.5 года, ну и я ему помогал как замкомвзвод на протяжении всей своей службы. Он меня назначил(еще молодым) комсоргом роты, так как у меня уже было пед. образование(до армии я работал учителем) и на протяжении всего срока службы вел комсомольские дела роты. Приходилось ходить на всякого рода собрания, где нам делали вливание командиры разных степеней. Доводилось воочию видеть таких людей как полковника Рябченко и г-н м-ра Слюсаря и наших полковых Шпака и Соловьева-слушать, как должны вести себя комсомольцы - десантники в чужой стране. А наши десантники их не слушали и вели себя по разному, на войне как на войне. Многие сидели на губе за непослушание, довелось и мне сидеть трое суток на губе в 357 ПДП. А на губу попал за спор с нач. штаба (который потом подорвался в БТР, вместе со мной). Губу охраняли =Витебчане=, так что десантников сильно не прессовали, кроме нач.губы прапора из =Пехоты=, для которого мы носили воду в бассейн, где они купались с комендантом г. Кабул. На губе сидели за разбой и изнасилование, за продажу патронов и оружия, за продажу военного имущества и многое др. Губа была разделена на две части - офицерам и солдатам, сидели нарушители со всего гарнизона г. Кабула.Меня, как сержанта назначали старшим на работы, работали на стройке модуля 357 ПДП, копали траншеи под канализацию, спали на бетонном полу камер. Кормили плохо, последний день работали у коменданта - оттуда нас забрал на =Боевые= нач. штаба полка Чиндаров. Пришлось видеть офицеров и солдат, которые не выдержали этой войны, оступились (были самострельщики), стрелявшие в дембелей за издевательство и т.д. Много правды и не правды здесь обитало на гарнизонной губе в крепости Александра Македонского. Но все прошло. Мы собирались ДОМОЙ! Береты были заготовлены,хб. наглажено, значки нацеплены. Весь свой скарб - джинсы, батники, парфюмерию и дрг. положили в чемоданы, что лишне прятали по тайникам (в коробки с печеньем, в банки из под сгущенки, в тюбики с зубной пастой) три пленки с негативами войны я обмотал вокруг ноги (провез). Мы с Серегой Меметовым были записаны в третью партию на 23 октября 1982г, но меня вычеркнули из списка - Виноходов(помнил стычку с ним, из за бутылки, которую мы распили с моим земой Юрой Ковальчуком - много было вони и разбирательств). Того же вечера, друзья из комендачей мне сказали, что пишут списки , а тебя нету и я пошел восстанавливать справедливость, нач. штаба полка, зная меня, вписал меня обратно в списки увольняемых. С Серегой не спали ночь, прощались с друзьями, брали адреса, давали наставления молодым как выжить в этой войне. Своему механику - водителю Сереге Кривошеину я передал свой комсомольский скарб - тетради, документацию и др., мной в роте был изготовлен ПЛАКАТ ВСЕХ НАГРАЖДЕННЫХ 6 ПДР начиная с 1979г по 1982г (по моим справкам он просуществовал до 1986г). Настало утро, в 5.00 мы были у замполита роты л-нта Мельниченко Виктора М. - прощание было тягостным, мы еле сдерживали слезы, обнимая нашего замполита. На прощание он дал письмо жене, чтобы мы передали в Союзе. На аэродроме нас шманали особисты на предмет оружия, наркотиков и запрещенных фото - у нас не нашли нечего. И вот наш ТУ-154, привезли молодых, нас построили друг против друга,с одной стороны обстрелянные в боях с душманами, а с другой =Пончиков= маминых сыночков, как у нас говорили в полку. Перед ними наш комдив генерал - майор Слюсарь, вручил награды - Сереге - За Отвагу, а мне - За Боевые Заслуги. Улетали с чувством восторга и страха, чтобы не сбили духи. Через 40 минут - Союз - УРА,УРА.УРА! - мы дома. В Ашхабаде проверяли погранцы, выдали деньги, заработанные в Афгане и взяли курс на Белоруссию - Орша. В самолете обмывали медали и ордена, водку продавали стюарды за чеки. Пока долетели были все пьяны. В Орше из Пазика нам кидали рваные шинели - было холодно ехать в Уралах, но были все пьяны и орали песни - холод не брал. В Орше, в центре города встретили молодых, которых везли на наш самолет, мы им кидали водку и сигареты, которые десантура купила прямо в гастрономе Орши. И вот мы в 317 ПДП, нас пытались построить но ничего не вышло, распихали по полкам. Мы с Серегой пошли за парадками, которые выдавали нам со склада и, О БОЖЕ - моя парадка пролежала на складе 1,5 года, дожидаясь меня, Сереге дали чью - то. Мы погладились и махнули на Витебский вокзал. Десантура пила кругом, шинели валялись по всему вокзалу, мы поехали по городу искать адрес Кривошеина Сереги, он жил в Витебске. С трудом нашли, матери дома не было - была на работе в гастрономе (Соки-воды отдел), соседи Сереги были испуганы думали привезли Груз-200, но мы их успокоили. Нашли магазин, за прилавком стояла мать Сереги, она была испугана увидевши десантников (мы были в беретах,берцах и шинелях), мы спросили: Вы Кривошеина? - она молчала и ждала, когда мы скажем о потере сына, но мы прокричали, что жив он, жив. Она плакала и все бабы в магазине тоже плакали - радость то какая - СЫН ЖИВОЙ! Дали маме какие - то духи и показали фото Сереги и всем персоналом гастронома нас затянули в подсобку, где мы пили вместе с этими женщинами. Приехал Серегин отчим, тоже пил с нами. Попрощались, мы с Серегой Меметовым на вокзал, у меня поезд раньше на Киев. Стояли и обнимались до отхода.Расстались - БОЕВЫЕ ДРУЗЬЯ - ДАСТ БОГ СВИДИМСЯ...

Источник: http://Личные воспоминания
Категория: Про шестую роту | Добавил: Витебчанин (21.01.2011) | Автор: Михалыч E
Просмотров: 4425 | Комментарии: 10 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 10
1  
Михалыч, спасибо большое за статью. Я слышал, что вы к моей матери заезжали и она потом рассказывала, и вспоминает до сих пор вас. Да, очень трудно было тогда всем матерям, которые ждали с Афгана своих детей. Сейчас это осознаёшь особенно, когда уже свои дети выросли.

2  
Да, забыл добавить-кто хочет побольше информации о 6 ПДР в часности-фото и воспонинаний-зарегистрируйтесь на =Одноклассниках= найдите Бродюк Владмир 48-50 Славута Украина. Посмотрите мой альбом =Афган= , а также альбомы в =Группах=, которые есть у меня, а это- ГРУППЫ- =Ветераны 350 ПДП= в этой группе три альбома нашей роты ( 6 ПДР77-79,Служба 6-й ПДР 81-82 и 6 ПДР), а также группы-=Ветераны 103-й ВДД= и =Полтинник (350 ПДП). Очень много фоток ребята выставил из разных рот нашего =Полтинника=

3  
Охренеть и не жить, Серега, оказывается, мы заезжали к твоей матушке. А я никак не мог вспомнить - к кому мы ездили. Вот ты молодец, спасибо за сайт.
Напишу и я. Мы должны были лететь втроем: Бродюк, я и Чабановский. Писарь в штабе батальона был Черепко, боец начинал службу в моем взводе, это потом его забрали в управление батальона. Партии дембелей шли через день. 23-го отправки не должно было быть, но, видимо шел борт из Союза с молодыми. А обратно на нем должны улетать дембеля. Спасибо тебе Черепко, ротного в роте не оказалось, я был дежурным по роте. Кстати, из-за конфликта с ротным Виноходовым я вообще не был включен в список увольняемых (тогда, что бы пережить несправедливую обиду, я сам пустил утку, что остаюсь на сверхсрочную службу, как в воду смотрел). Воспользовавшись отсутствием начальства, я вписал всех замкомвзводов. Чапа был в черном списке, у него дважды бежал боец, по моему Кокин, на него имели зуб все замполиты (наш не в счет, я имею ввиду больших начальников). Список прошел до управления полка и там его все равно зарезали. Я считаю незаслуженно, Чапа был сержантом, но по итогам всех проверок его взвод стал ЛУЧШИМ во всем полку! В полку более 50-ти взводов, ими командуют в основном офицеры, а тут сержант срочной службы. Я даже помню газету, выпущенную по этому поводу с фотографией Чабановского. Но его зарезали и мы улетали вдвоем с Михалычем. Михалыч бегал, хлопотал, оказывается, я же проскочил легко, сам не знаю почему. Виноход пришел в роту, вызвал меня и прочитал лекцию о том, что он прощает меня, и включает в очередную партию. Когда он закончил, я ему рассказал, как на самом деле все это было. Стоило видеть его кислую мину!!!!
Ура, завтра домой. До этого каждый день мне казался бесконечным, все ждал когда домой. И вот последняя ночь в роте, которая стала нашим домом. Была традиция - каждый дембель лично обходил всю роту и прощался с каждым солдатом. Мы с Володькой пожали всем руки, потом я построил свой взвод в последний раз (даже не я, а попросил с-та Лисина, который оставался после меня). Попросил не вспоминать меня плохими словами и каждому сказал, что его ждет в Афгане, откуда я знал, сам не пойму,но все сбылось. Потом мы собирались, бегали из палатки в палатку...уснули под утро. Подъем в 5-00 и шмон,сначала в батальоне (в роте тоже должен был быть, но провожал нас л-т Мельниченко (наш ротный замполит, не знаю кому как, а нам с замполитом роты повезло, он с нами ни одной войны не пропустил и хлебнул всего, что нам досталось), он нас не трогал, только советы давал, потом в полку и наконец на аэродроме на взлетке. Здесь шмонали офицеры из управления дивизии, которые на войну не ходили, а если и были, то не далее КП дивизии. Сколько мы о себе узнали нового! Мы и бакшишники, и мародеры и еще хрен знает что.Вещи наши несколько раз переворачивали, выборочно раздевали бойцов. Анвара Хабибулина вывели из строя и не пустили в самолет, из -за какого - то пустяка. На самом деле так полковник из дивизии отомстил ему за то, что он не приветствовал его однажды в штабе, это успел сказать мне Анвар. До меня тоже докопались, мол, много вещей, не мог я столько заработать. Не помогали мои слова о том, что я был ранен (получил компенсацию), я сержант (значит, получал аж 18,5 чеков в месяц) и копил деньги... Все, пипец, остаюсь, пронеслась мысль. Но когда проверяющий назвал мою фамилию, его сзади окликнул какой - то майор и покачал головой. Я оказался в списке награжденных, и сейчас перед строем сам комдив будет вручать нам медали и ордена. И от меня отстали. Потом прилетел долгожданный ТУ-154, вышли молодые испуганные солдатики, как и мы когда - то, но нами овладело необъяснимое опьяняющее чувство, мы были как бы здесь, но каждый из нас уже был далеко – дома и обнимал своих родных. Мы смеялись,кричали глупости: "Вешайтесь, салаги!" и т.д.

4  
Мне жалко стало молодых, я раздвинул шеренги строя, вышел вперед, на груди слева весела медаль, справа значки, я был в белом выгоревшем хебе, на голове голубой берет, начищенные ботинки с высокими берцами, в общем, в то время мечта любого парня.
И что бы поддержать молодых, я крикнул: "Не ссыте пацаны, все будет нормально, и вы станете такими, как мы!"
А потом в самолет. Когда он взлетал, мы так заорали: "Прощай Афган!!", я подумал, самолет развалиться. Стюарды действительно продавали водку, но она до нас не дошла, мы сидели в середине салона, нам предложили вино, естественно, за чеки по тройной цене. Но, увидев цвет вина, я понял - его сильно разбавили и отговорил Володьку пить это пойло, кстати парней пронесло еще в самолете от этого напитка. Когда взлетели - всем было страшно, вдруг нас собьют духи. Этот страх не проходил почти весь полет. Только когда вышел стюард и объявил, что мы пересекаем государственную границу СССР, мы вздохнули с облегчением, одновременно заорали снова так, что самолет закачался. В самолете Михалыч снял с ноги обмотанные фотопленки, которые мы контробандой везли домой, так как их безжалостно отбирали. Но из - за жары пот успел немного повредить некоторые кадры, вот почему на наших фотографиях такие пятна.
Приземлились мы в Ашхабаде, нас отбуксировали на специальное место. Всех вывели из самолета на таможенный контроль. Помню палатку, перед ней по бокам погранцы и колючая проволка. Мы все по очереди проходили через нее, где нас опять шмонали. Первые пацаны уже прошли и кричали нам с той стороны, что отбирают. Мы отошли метров на 50 в сторону и стали бросать через колючку все, что смогли протащить через все шмоны. Я перебросил пацанам маленький складной ножик из немецкой стали, который взял на боевых в подарок отцу. Я вез подарки маме, отцу и сестре. Шмон прошел легко, правда, один из проверяющих отобрал картинки с полуобнаженными девочками, наверняка они ему приглянулись. Но мне было все равно, нами овладело необъяснимое чувство: мы дома, теперь никто не будет в нас стрелять, это чувство безопасности просто опьяняло.
Потом снова в самолет и в Оршу. Михалыч правильно писал, как нам выдали рванные шинели. Еще мы всю дорогу орали песни и смотрели, смотрели на нашу Родину, мы просто пожирали ее глазами и не верили, что мы вернулись с войны живыми. Я понял тогда, что испытывали фронтовики, вернувшиеся с войны.
После всех приключений мы в парадках наконец - то были вывезены на вокзал г.Витебска и оставлены сами по себе. Здесь мы купили 2 бутылки водки и распили на троих. Но водка нас не брала почему-то. А потом Михалыч сказал, что нужно съездить к родителям его бойца. И мы поехали искать, сначала дом, потом магазин. Мы взяли такси, поскольку ехать было далеко: толи на окраину города, то ли в пригород, уже не помню. Таксист долго не соглашался, но мы с Михалычем пообещали расплатиться импортным презервативом с усиками и он согласился. Уж не помню кто конкретно доставал заначку, я или Вовка. Помню, что раскрыли зубную пасту с задней части тюбика и оттуда извлекли пять презиков. Так что, Серега К, с тебя причитается.
Да, помню магазин, в который мы буквально ввалились, всех подряд спрашивая, кто Кривошеина.Помню бледное лицо насмерть перепуганной женщины, которая молча смотрела на нас, она молчала и не признавалась. Тогда мы стали кричать: "Не бойтесь он жив и здоров, честное слово!". Бедные наши мамы, кто знает, сколько сил они потратили, ожидая нас, только они сами. Сколько седых волос прибавила наша служба, в их прекрасные косы. Это сейчас, когда у меня самого трое детей, я представляю, что они пережили. А тогда мы хотели просто порадовать наших матерей. Потом мы сидели в какой - то комнатке, где выпивали и закусывали, и врали, врали, как нам тогда казалось - нам даже верили, что там (за речкой) не воюют, что мы строим и только охраняем. А может, наши мамы сами хотели в это верить и цеплялись за наше вранье как за последнюю соломинку цепляется утопающий.
Дело в том, что я еще заезжал в три семьи бывших сослуживцев, поэтому в памяти не сохранилась фамилия витебчанина, а это оказался ты, Серега. Спаибо всем ребятам, кто отзывается на этом сайте. Отдельное спасибо Бродюку Володьке,который не спал по ночам в Афгане, печатая фотографии, прячась от проверяющих. Если бы не он, не было бы столько фоток у нас у всех, у меня 90% фоток сделаны либо им, либо его фотоаппаратом. Спасибо тебе, Михалыч!

5  
Фотоаппарат =Смена= был мне подарен дембелями, нашей шестой роты. Реактивы и пленки доставали у летчиков на аэродроме Кабул, а также нам привозили с отпуска офицеры и прапорщики -фотобумагу. Некоторые фото сделанные реактивами из вертолетных н.з., потому и фотки не очень качественные. Фотки делали в каптерке возле палатки 2 пдв,помощником у меня всегда был Миша Буданцев. Уходя на дембель фотоаппарат передал по наследству,кому именно не помню. Хорошо ,что в юности я занимался фотоделом,вишь и сгодилось в Афгане. Фотки были не у всех,так как бумаги было мало,обещал в Союзе всем сделать и разослать,но нехорошие люди украли у меня негативы(пленки), так , что ребята смотрите то ,что у меня осталось и извините, что не сберег, такую реликвию.Хотя,записной блокнот со стихами,пословицами и рисунками о ВДВ, у меня сбереглась.Попытаю сосканировать и выставить,чтобы Вы все почитали, что мы в Афгане сочиняли и рисовали...

6  
Еще раз прочитал, и в памяти "щелкнуло"=духов у нас не было,это был флакон розового масла.Масло пахло розами,говорили ,что его нужно добавлять в духи.У меня он оказался совершенно случайно,вот и пригодился.
Память странная штука,иногда прямо как прорежит,а иногда и не вспомнить ничего.

7  
Савин Олег -Коменд. Рота 103 ВДД ! Не знаю, много ли дембелей было среди моих товарищей по несчастью, просто не видел,  но я  то был настоящий дембель,  с дембельским дипломатом, оттутюженным хб,  вытравленным в хлорке и нехитрым набором подарков, я бы сказал штатным, таким же как у всех. Все это собрали мне мои товарищи из коменданской роты , часто забегавшие в медсанбат с вопросами: а это тебе класть, а это класть?Меня интересовали только фотографии, их была огромная стопка и большая часть их была запрещена,  их не позволяли вывозить ,отбирали.  Но как то их умудрялись провозить . Но как? Я  был ротный фотограф и у меня был фотик, такой же , Смена 8м. Я таскал его везде с собой и всегда фотографировал. Сейчас даже не вспомню где мы брали плёнки,  реактивы, фотобумагу? И увеличитель у нас был.Вообщем после не долгих сомнений , все таки решили отослать фотки почтой, те которые с войны  , а безобидные взять с собой.Забегая вперёд скажу , что не идиная фотография по почте не дошла, а это была пачка толщиной в 3 пальца. Занимался этой тайной операцией Николай Михайлюк, мой земляк, ростовской парень.
Раненых также досмотрели контрики,  задававшие стандартные вопросы о наличии запрещеных грузов и  получив стандартные ответы об их отсутствии,  бегло досмотрев личные вещи , дали добро на погрузку.  Лежачих заносили на носилках,  тех кто мог передвигаться заводили сопровождающие. Меня, как я не харахорился , положили на носилки и занесли в салон самолёта. Там было тихо, прохладно и пахло больницей.Лишь изредка слышались шорохи и тихие стоны.Это был другой мир.Раненые в полголоса переговаривались между собой, пытались шутить, поддерживали тяжелых. Взобравшись на верхнюю полку (прям как в поезде!) , я,немного сдвинул повязку с глаз, стал смотреть в иллюминатор. Прощай Ходжа - Роваш,  прощай Ходжа -Бугра, братишки,Афган. Что ждёт меня впереди, что ждёт всех нас, летящий в этом самолёте в родной союз? ..Уже в воздухе, когда шум пропеллеров стал привычным , стоны стали громче, наверное давала знать высота, которая усиливает боль. Внизу, под полкой, на которой я лежал, стонал боец, все громче и громче.Я не выдержал:
-Братишка, что болит? Врача позвать?
-Пальцы на ногах жмут, чешутся,-отвечал голос снизу.
-Так почеши, -я попытался его успокоить.
-Нет ног, нечего чесать,-отвечал он со стоном
   Мучительная боль сдавала моё сердце,я не знал, что сказать, чем помочь.Повязка на залах стала на бухать от отчаяния и беспомощности.
-Доктор!-я стал громко кричать.
-Что у вас,ребята?- тут же отозвался мягкий мужской голос.
-Доктор, помоги братишке,- попросил я как то невпопад.
-Потерпи,-отвечал все тот же мягкий мужской голос, -скоро  садимся, потерпи немного.

8  
Савин  Олег  -  2   .Ещё вчера я ходил в роту прощаться со своими товарищами. В медсанбат пришёл командир роты капитан Пивоваров  Сергей, справился о здоровье, стал успокаивать,  что все будет хорошо, он интересовался у хирурга,  травма не тяжелая, глаз удастся спасти.
-Если будут плохо лечить, пиши, мы добьемся, чтобы тебя лечили в лучшей  клинике,-говорил он спокойно.
Я знал , что именно так и будет, ротный был мировой мужик, он за нас горой стоял. Гонял сам, но в обиду никому не давал.Его слова никогда не расходились с делом.
-Савин, в роту сможешь прийти, попрощаться,  бойцы ждут?- он взял мою ладонь в свою крепкую руку.
-Конечно, товарищи капитан, когда прибыть?
-На утренний развод, в 10 00, я пришлю сопровождение.Ну будь здоров!-вздохнул, поднялся и вышел.
Утром  рядом раздались  голоса Игоря Артемьева и Сергея Кузнецова
-Полковник, пришли конвоировать тебя, -шутили сибиряки.
Они взяли меня под руки и повели в роту, благо она дислацировалась недалеко от медсанбата. Ходить вслепую я не умел, но приходилось учиться на ходу.  Минут через пять мы были на месте. В воздухе повисла нема пауза. Ребята отпустили мои локти и я понял, что они отошли.
-Рооо-та,  смирно!-громко прозвучал голос сержанта Вадима Родионова
Резкий шорох, доклад командиру, минутная пауза.
-За проявленное мужество и героизм....,-голос ротного как набат звучал в суете обычного армейского дня, при оказании интернациональной помощи дружественному афганском народу... орденом Красная Звезда. Я как то и не сразу понял, что речь идёт обо мне, возникло неловко замешательства,  через мгновение мозг включился,я вытянулся по стойке смирно и гаркнул в темноту:
-Служу Советскому Союзу!
-Вольно, разойдись, - командир взял под козырек, сержант Родионов продублировал команду.
Но шороха мелкой гравийной крошки, обычно следовавший за этой командой не последовало.Я стал выцарапывать глаз из под бинтов.  Чуть привыкнув к свету я понял, что стою перед строем. Ребята стояли нешелохнувшись, их лица были обращены ко мне. Кто то улыбался, кто то смотрел с сострадание,  кто то опустил голову, пряча эмоции. И я вдруг понял, что они мне бесконечно дороги , вот эти пацаны, с которыми мы вместе месили эту афганском пыль.Я сделал шаг навстречу и стал их обнимать, всех , никого не пропуская, прощаясь с ними навсегда! Кто то что то говорил, я что то отвечал, похлопывали друг друга по спине, улыбались...это было как вчера.

9  
Савин Олег- 3 .В Ташкенте не выходи, там госпиталь битком набит, лети дальше,- говорил кто то торопливо.
-Полковник, выздоравливай ,пиши,мы будем ждать,-вторил другой голос....
Совсем скоро борт приземлился в Ташкенте на военном аэродроме Тузель, как мы только что узнали из объявления ;для высадки тяжело раненных и  дозаправки горючего.Пилоты продули моторы и заглушил двигатели, в воздухе повисла тишина,которая постепенно наполнялась звуками повседневной аэродром ной работы. Шаги и хлопанье дверями  вернули в реальность.
- Товарищи! Только тяжёлые,  повторяю - тяжёлые!  Те , которые не могут лететь дальше,- громкий мужской баритон резал воздух кусками,- я зачитываю, вы отзываетесь! Вопросы есть?
- Никак нет, - послышалось вразнобой!
-Савин!
Я подумал, что это однофамилец,   промолчал ,вслушиваясь в тишину.
-Савин !
Это что, я самый тяжёлый?
- Я!
-Почему молчим? Дальше лететь сможешь? Или выгружать?
-Конечно смогу, вон внизу лучше братишка выгрузите,  он тяжёлый,  у него ног нет, а я то смогу, что мне то.
   Я кожей почувствовал, что человек подошёл ко мне и наклонившись к уху сказал делово и спокойно:
-Ему ноги мы не пришём,  а твой глаз спасти ещё сможем. Решай летишь дальше или останешься?
- Куда летит борт?- поинтересовался я ,подавшись всем телом к голосу.
-Свердловск,-коротко ответил баритон.
- Лечу, - оветил я и отвалился на подушку.
 Часа через два, после всех необходимых процедур, взвыли винты, самолёт вырулил на взлетку и напрягаясь всем своим зелёным дюралевым телом разогнался и оттолкнувшись от взлетки стал плавно набирать высоту.Стонов снизу было не слышно,парня сняли в Ташкенте.

10  
Савин Олег  -  4 .  За иллюминатором была Родина. Бескрайние просторы простирались до горизонта, а после ещё  до горизонта, потом ещё. .. Уже давно стемнело,шум моторов ровно гудел  в  темноте.Разные мысли переполняют мое сознание, но над всеми этими мыслями витала одна, самая главная:ДОМА!   Там внизу было одна шестая часть планеты и это был дом! Можно было сесть в любой части этого дома,выйти из самолёта и тебе будут рады как родному, улыбнутся,  накормят, будут трепать за плечо, как будто именно тебя и ждали и ты наконец приехал, дадут ночлег. И все будут рады!Это непередаваемые ощущение спокойствия и защищенности! Уже не собьют, не убьют, не подорвут,  не оторвется Стингер от мимо проплывающей горы  и полетит  к самолету , оставляя за собой дымный след, не станет лаять ДШК из проплывающего внизу кишлака! Родина,она такая ласковая, обволокивающая, как тёплая постель в морозно зимнее утро...как колыбельная мамы..
Эти приятные мысли ,  стелились как розовый туман  и убаюкивали.
 Самолёт стал заходить на посадку, крены то в одну сторону, то в другую, щелканье и гул  механизмов, выпускающих шасси,мелкая дрожь взлетно-посадочной полосы, оживление на борту,рулежка,  продув двигателей.И наконец все стихает.Тишина.
Неужели все закончилось? Шаги, щелкает открывающаяся дверь, голоса, тишина  размеренно заполняется деловой методичной суетой? Негромкий голос просит перелечь на носилки,чьи то руки помогают.Я молча выполняю команды.Та же рука берет меня за запястье ,кладет сбоку небольшой предмет и прижимает мою руку к нему.Ощупываю. Дембельским дипломат! Дембель!
Раненых снимают с борта, у самолёта стоят санитарные уазики,  в которые тут же загружают раненых ,сдвинув повязку с глаз я наблюдаю за всем этим, в морозном воздухе стоит сладкий запах табака,нам разрешили покурить . По обледенелой взлетке зимний ветер  гонит снежную поземку.  Вечерние огни аэропорта Свердловска.Санитары поспешно укрывают раненых одеялами и шенелями. Холодно. Мы в одних хэбэшках. Меня тоже укрывают шинелью,  склонившись её тут же поправляет не молодая медсестра, на её щеках блестят слезы, она шепчет:
- Миленькие,  да за что же вас так...
-Не плачь, мать, все хорошо,-я улыбаюсь.
Она поправляет повязку и я опять погружаюсь во мглу . Савин Олег Федорович - Комендантская Рота 103 ВДД Кабул 1980-82 Осень (воспоминания взяты с его разрешения).

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017